Поиск Контакты Карта сайта
ФГБУ Московский НИИ психиатрии Минздравсоцразвития
Главная
Структура
Диссертационный совет
Научная деятельность
Клиническая деятельность
Учебная деятельность
Форум
Сайт РОП
  
Об институте психиатрии
Информация для пациентов
Подписка на новости
Новости Института
Зарубежная наука и практика: новости
Работа с регионами
История института
Совет молодых ученых
Задать вопрос врачу
Фотогалерея
Схема проезда
Контакты
Аукционы
Техподдержка
Вакансии
Противодействие коррупции
 Информация

11.02.2016 19:10:00
Объявление
Сотрудники отделения расстройств аффективного спектра Московского НИИ психиатрии проводят бесплатные психотерапевтические консультации пациентов с невротическими расстройствами депрессивного, тревожного спектра, включая панические расстройства.
02.09.2014 10:27:00
23-й Европейский конгресс по психиатрии
23-й Европейский конгресс по психиатрии состоится 28-31 марта 2015 года
30.05.2014
Встреча с В.И. Скворцовой
17 мая сего года Минздравом России был издан приказ о реорганизации трех ведущих научных учреждений, занимающихся решением проблем психиатрии и наркологии
07.03.2014
В связи с созданием в Институте Отдела клинико-патогенетических исследований расстройств аффективного спектра, с 06 марта 2014г. проводится конкурс на замещение должностей научных сотрудников
Срок окончания подачи документов 06 апреля 2014г.



Сотрудники отделения «Психотерапии и консультативной психиатрии» проводят бесплатное Интернет-консультирование и психологическое тестирование

 Авторизация
Логин: 
Пароль: 
Запомнить меня
Забыли свой пароль?
Об институте

15.02.2015 13:23:00 

Психологическая помощь понадобится не всем заложникам

''Практически во всех случаях первая помощь в травмирующей ситуации – не психологическая, а практическая. Инструментальная помощь''


Каждый раз, когда в мире происходят террористические атаки или случаи захвата заложников, мы слышим фразу о психологической помощи, оказываемой на месте пострадавшим людям и их близким. С благородной целью – все хотят, чтобы у людей, попавших в трагическую ситуацию, быстрее восстановилось нормальное психическое состояние. Вопрос: нужна ли такая ''сплошная'' психологическая помощь? К этой теме вновь обращаются австралийские специалисты Zachary Steel и Grant Devilly после недавнего случая захвата заложников в кафе в Сиднее (15-16 декабря 2014):

''Общее усиление внимания к теме воздействия психологической травмы может подвести к выводу о необходимости организации психологической поддержки и психологического консультирования в ситуациях, связанных с угрозой жизни, на первой линии помощи. Но, как показывает опыт, подчас следует умерять вполне закономерное желание максимально помочь пострадавшим людям. Причем делать это в соответствии с принципом ''не навреди''.

Чтобы понять, почему неотложная психологическая помощь подходит не всем, следует вернуться к базовым представлениям о здоровье человека.

Тело и психика

В ситуациях угрозы для жизни организм человека входит в состояние экстремальной готовности и реагирует по типу: замереть на месте, сражаться или бежать (freeze, fight, flight). Эта реакция призвана обеспечить выживание человека, позволяя ему сориентироваться относительно источника угрозы (замереть на месте), а затем готовя организм к немедленному уходу от опасности (бежать) или действию, направленному на ее устранение (сражаться). Эта реакция есть у любого человека, когда тот сталкивается с опасностью, угрожающей его физическому или психическому благополучию.

Попав в заложники, человек оказывается перед лицом крайне сложного вызова, когда от него требуется подавить нормальный природный ответ, нацеленный на выживание, и ждать освобождения, шанса на побег или иного разрешения ситуации. Но дело в том, что нормальный ответ с целью обеспечения выживания вовсе не обязательно ''выключается'' с разрешением ситуации и окончанием осады.

Многие заложники продолжают испытывать состояние гипервозбуждения и экстремальной готовности после разрешения ситуации, представлявшей угрозу для жизни, и если это продолжается слишком интенсивно или слишком долго, и создает помехи нормальному функционированию человека, то тут требуется лечение.

Помимо самих заложников, психические проблемы могут возникнуть у их родственников и друзей – ведь им довелось столкнуться с реальной возможностью потерять близкого человека. В результате и у них тоже могут появиться интрузивные воспоминания, ночные кошмары и т.н. флэшбэки (яркие повторные переживания события). У них может возникнуть сильное желание избегать мест, связанных с травмой, а также предметов и обстоятельств, напоминающих о событии.

После чрезвычайных обстоятельств, в которых каждое решение - вопрос жизни и смерти, люди нередко пытаются мысленно вернуться к пережитой ситуации и задаются вопросом, могли ли они повести себя иначе. Простого ответа тут нет, но обращение к себе с подобным вопросом может стать источником серьезного дистресса. Так что не удивляет, что у некоторых людей после ситуации захвата заложников появляются долгосрочные психологические проблемы, равно как не удивляет и то, что большинство справляется со своим природным ответом с помощью друзей и близких.

Опасность добрых намерений

В прошлом работники служб психического здоровья придерживались мнения о том, что ранней интервенции принадлежит критическая роль в предотвращении ранних симптомов, которые впоследствии прогрессируют и трансформируются в инвалидизирующие состояния, например, посттравматическое стрессовое расстройство. Но три десятилетия научных исследований показали, что сплошная психологическая интервенция, осуществляемая непосредственно после инцидента, может причинить вред.

До середины 90-х годов ХХ века наиболее распространенной формой ответа на травмирующее событие была разовая интервенция под названием ''дебрифинг'' (полное название Critical Incident Stress Debriefing – CISD). Но вместе с ростом беспокойства об исходе после применения данной интервенции появились многочисленные исследования, оценивающие ее эффективность.

Все рандомизированные контролируемые исследования показывали одно из двух: или ''дебрифинг'' не давал никакого эффекта, или он приводил к ухудшению симптомов. Так что главный принцип врача primum non nocere (во-первых, не навреди) требует отказаться от этой практики.

Одно из возможных объяснений такого результата – в том, что симптомы гипервозбуждения и экстремальной готовности, которые являются следствием критической ситуации, имеют свойство со временем угасать естественным образом. И именно так и происходит у многих людей. Этот естественный процесс восстановления и возобновления чувства безопасности может быть сорван несвоевременной психологической интервенцией.

Критическим периодом для психологического пересмотра и поддержки нередко является вовсе не время сразу после травмы, но средний и долгосрочный промежуток времени, когда наблюдаются стойкие симптомы дистресса или же они проявляются впервые и вызывают нарастающие трудности повседневного функционирования.

На сегодняшний день имеется очень немного доказательных данных, говорящих о том, что само по себе присутствие симптомов непосредственно после травмирующего события – уже достаточно для выявления людей, склонных к последующему развитию серьезных проблем психического здоровья. Уже давно отмечено, что у некоторых людей посттравматическое стрессовое расстройство может начинаться с временным лагом и при минимуме симптомов непосредственно после травмирующего события.

Всему свое время

Все вышеизложенное не означает, что людям с симптомами дистресса в острой фазе после пережитых критических ситуаций следует ограничивать доступ к психологическим службам, если они хотят обратиться туда за помощью. Критическим моментом здесь является то, что психологические интервенции должны быть очень индивидуальны и соответствовать потребностям людей, обращающихся за помощью. Тут не должно быть одинакового подхода ''для всех''.

Для кого-то наилучшим подходом будет просто возвращение к нормальной рутинной жизни. Другим предпочтительнее провести какое-то время с друзьями и родственниками - до тех пор, пока они не почувствуют, что пришло время вернуться к своим ролям и обязанностям. А некоторых острый дистресс после случившегося события приведет в приемную службы психического здоровья.

Но практически во всех случаях первая помощь в травмирующей ситуации – не психологическая, а практическая. Инструментальная помощь. Это может быть информирование людей о ситуации, ответы на их вопросы, обеспечение безопасности и разрешение практических трудностей, встающих перед пострадавшими, напр., помощь в установлении связи с их сетью социальной поддержки. На самом деле по значимости психологическая интервенция с участием специалистов может оказаться не первым, а последним пунктом в перечне мер помощи пострадавшим.

Еще мы знаем, что спустя месяцы, а то и годы после травмирующего события, когда внимание всего мира уже перешло на другие темы, некоторые пострадавшие и их близкие, и друзья, могут начать испытывать проблемы. Поэтому людям, оказавшимся в роли заложников в Сиднее, требуется долгосрочная поддержка служб психического здоровья, в том числе, когда медиа уже утратят интерес к теме.

По материалам:

Steel Z., Devilly G. Why not all Sydney siege hostages will need mental health help. – Internet (theconversation.com), 16.12.15.

Возврат к списку новостей

Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Поиск  |  
Контакты  |  
Карта сайта
Написать администратору сайта


Яндекс цитирования Rambler's Top100